Татьяна Сухотина, дочь Толстого

Репин И. Е. Портрет Татьяны Львовны Толстой, 1893 г.

Татьяна Львовна Сухотина-Толстая оставила в истории след, главным образом, как автор мемуаров. Родилась она 4 октября 1864 года в Ясной Поляне. В этот период ее отец, Лев Николаевич Толстой, принялся работать над романом «Война и мир», и в доме царила атмосфера творчества.

Татьяна в юности

«С большой любовью вспоминаю я своё детство. И с чувством горячей благодарности думаю о тех, кто окружал меня в эту счастливую пору моей жизни. Я выросла среди людей, любящих друг друга и меня. Мне казалось, что такое отношение естественно и свойственно человеческой природе. Я так думаю и теперь. И хота я за свою длинную жизнь иногда видела злобу и ненависть между людьми, — я знаю, что такое отношение так же неестественно, как болезнь. И так же, как болезнь, происходит от нарушения самых первоначальных законов человеческой жизни.
Так же естественны были и внешние условия нашей жизни. <…> Жизнь в деревне дала мне любовь к уединению, к спокойствию и дала привычку наблюдать и любить природу. Трём людям я особенно благодарна за своё детство: Отцу, руководившему нашей жизнью и поставившему вас в те условия, в которых мы выросли. Матери, в этих условиях украсившей нам жизнь всеми теми способами, которые были ей доступны, и — Ханне, нашей английской воспитательнице, прожившей в нашей семье шесть лет и давшей нам столько любви, заботы и твёрдых нравственных основ. Среди этих трёх людей, занимавших главное место в моей памяти, прошло моё детство». (Сухотина. Воспоминания. С. 29)

Образование Татьяна получила дома. Рано открылась в ней тяга к рисованию. Отца часто навещали известные люди, бывали среди них и художники. Однажды Льва Николаевича посетил Иван Крамской (его кисти принадлежит известный портрет писателя). Художник произвел неизгладимое впечатление на 9-летнюю Таню.

Дебют

И Толстой пригасил пригласил для дочери учителя рисования. В дальнейшем Татьяна периодически училась в московском Училище живописи, ваяния и зодчества, ее учителями в разное время были Перов В. Г., Прянишников И. М., Пастернак Л. О. Татьяна Львовна общалась с художником Репиным И. Е. и Ге Н. Н., которые отмечали в ней способности и поддерживали советами. Однако сама Татьяна к своим работам относилась требовательно, зачастую обесценивая свой талант.

Ясная Поляна, 1880-е годы. Лев Николаевич с Татьяной

 «Моя живопись меня путает — что из неё выйдет? — писала она в дневнике в 1889 г. — Убью много времени, труда, а никогда не дойду до того, чтобы быть в состоянии сказать посредством её что-нибудь хорошее людям. Да я и не довольно хороший человек для этого. Папа вчера написал маленькую статью об искусстве, и по ней я увидела, как мало шансов мне сделаться художником»

Находясь подле своего великого отца — так он себя поставил и так к нему повсеместно относились — Татьяна не решилась создать его живописный портрет, довольствуясь лишь отдельными зарисовками Льва Николаевича. Зато портретов близких и из крестьянского окружения было создано много.

В возрасте 14 лет Татьяна начала вести дневник. Лев Николаевич всячески поощрял в детях это занятие и главным принципом, которого он придерживался сам, он внушил своим детям, — быть предельно искренним и откровенным. Этого принципа на протяжении 40 лет ведения записей придерживалась и Татьяна Львовна. Тем и ценно для нас сегодня читать воспоминания дочери Толстого, в которых она в полной мере повествует об отце, его быте, отношениях родителей.

1895 г.

В 1899 году в возрасте 35 лет Татьяна Львовна вышла замуж за Михаила Сергеевича Сухотина. Он был старше жены на 14 лет, имел шестерых детей. Словом, избранником дочери отец остался недоволен. Тяжело пережил он замужество дочери. С.А. Толстая рассказывала в своём дневнике:

«Событие это вызвало в нас, родителях, такую сердечную боль, какой мы не испытывали со смерти Ванечки. Всё наружное спокойствие Льва Николаевича исчезло; прощаясь с Таней, когда она, сама измученная и огорчённая, в простом сереньком платье и шляпе, пошла наверх, перед тем как ей идти в церковь, — Лев Николаевич так рыдал, как будто прощался со всем, что у него было самого дорогого в жизни. <…> Лев Николаевич горевал и плакал по Тане ужасно и наконец заболел…»

Сухотин М. С. и Татьяна Львовна

Тем не менее, в 1905 году Татьяна порадовала близких рождением дочери Татьяны. Это был единственный ребенок Татьяны Львовны, которого ей удалось выносить и родить здоровым.

Татьяна Львовна с дочерью

После смерти отца, спустя четыре года умер супруг Татьяны Львовны. В стране установилась большевистская диктатура. Уступив уговорам австрийского актера Моисси, который поставил на сцене пьесу «Живой труп», Татьяна Львовна, опять же пользуясь связями, получила визы для себя и своей повзрослевшей дочери и уехала за границу. Существует мнение, что на этот шаг она решилась из-за любовного увлечения дочери неподходящей партией.

Портрет отца

На Западе Татьяна Львовна выступала с лекциями, писала портреты, создавала кукол в традиционно русских костюмах, создавала также модели, к слову, весьма удачные, — все это помогало ей держатся на плаву, т.к. денежных поступлений от наследия отца она не имела. Лев Николаевич в свое время отказался от авторских прав.

В Париже Татьяна Львовна открыла Русскую академию, туда она пригласила преподавать художников, также проживавших в то время во Франции: Коровина К. А., Григорьева Б. Д., Билибина И. Я. и др. Правда, в последствие академию пришлось закрыть из-за материальных затруднений, но Сухотина продолжала поддерживать с художниками добрые отношения.

Дочь Татьяны Львовны Татьяна Михайловна вышла замуж за Леонардо Альбертини и переехала в Рим. Туда же перебралась и Татьяна Львовна, правда, жила она отдельно от «молодых», но по-прежнему тесно общалась с дочерью.
Умерла Татьяна Львовна в Риме в 1950 году, похоронена на некотолическом кладбище.

Дочь Татьяны Львовны Татьяна родила четверых детей: сына Луиджи (в 1931 году), а также дочерей Анну (в 1934 году), Марту (в 1937 году) и Кристину (в 1948 году). В одну из поездок в Ясную Поляну Марта Альбертини поделилась:

Когда я говорю о ней (прим. о Татьяне Львовне), каждый раз переживаю очень сильные эмоции. Мне было 13 лет, когда она умерла. Она была замечательной женщиной, у нее был дар глубокого проникновения в понимании детей. Она всегда хотела иметь много детей, но у нее была только моя мама. У нее было семь неудачных беременностей, и, как правило, в семь месяцев они прерывались… Во время войны мои родители скрывались, они были антифашистами, и мы с братом жили у бабушки в Риме. Я спала в так называемой толстовской комнате, потому что в 1925 году, покидая Россию, ей удалось взять с собой некоторые вещи. В ее квартиру приходили с визитами русские знатные дамы, эмигрантки.

Татьяна Альбертини
Марта Альбертини

Бабушка научила меня, как можно одновременно быть нежной и строгой. Бабушка была очень веселой и жизнерадостной. Она умела щедро делиться, она играла на фортепиано, вязала и стремилась передать это детям. У нас с братом Луиджи разница пять с небольшим лет, и когда мы за столом начинали что-то обсуждать, спорить, она этого не выносила. Причем не ругала нас, не повышала голос, просто вставала из-за стола и уходила на кухню. И еще бабушка никогда не говорила о своих родителях — ни о Льве Николаевиче, ни о Софье Андреевне. Меня это очень глубоко потрясло, особенно когда я повзрослела. Ее точкой отсчета была моя мама, то есть ее дочь Татьяна Михайловна.